Эдвард Клюг: в России мне все близко, я здесь как дома

Сеть социальных, информационно-справочных порталов
Основной портал Москва-ТуТ всех районов города Москвы

Навигатор по порталу города Москвы

Москва

перейти на главную страницу основного портала Москва-ТуТ всех районов города Москвы

История

история города Москвы, первые упоминания, официальная символика, герб, официальный гимн

Новости

новости города Москвы различных источников: федеральные и городские СМИ, новости компаний, наши информационные партнеры

Районы Москвы

возможность выбрать интересующий Вас район по списку или по карте, вся информация на районном, городском портале будет отображаться только по выбранному Вами району, городу

Каталог

список зарегестрированных компаний города Москва в нашем каталоге, с возможностью поиска по рубрикам и подрубрикам каталога, поиска по карте города Москвы

Доска объявлений

объявления и информация зарегистрированных компаний в Москве, объявления от частных лиц. Удобный поиск предложений по товарам, услугам, сервисам.

Недвижимость

раздел объявлений по недвижимости Москвы. Вы можете купить, продать, а так же, снять или сдать: Квартиры, Комнаты, Гаражи, Помещения

Акции и скидки

объявления об акциях и скидках, проводимых зарегистрированными компаниями в Москве

Работа

раздел, где Вы можете найти вакансии, размещенные организациями нашего каталога

Чат

общайтесь, шутите, будьте он-лайн, а наш портал Вам в этом поможет. Глобальный бесплатный чат города Москвы

Форум

у Вас есть вопросы, проблемы, которые Вы хотите обсудить с жителями Москвы или поделиться своей радостью, наш форум в Вашем распоряжении

новости москвы: Эдвард Клюг: в России мне все близко, я здесь как дома

Эдвард Клюг: в России мне все близко, я здесь как дома

04 Февраля 2020 12:03Предоставлено: ria.ru
Эдвард Клюг: в России мне все близко, я здесь как дома

Один из самых известных и востребованных европейских хореографов Эдвард Клюг, который ставит в Большом театре балет "Мастер и Маргарита" по одноименному роману Михаила Булгакова, дал интервью РИА Новости, в котором рассказал о том, как он рискнул взяться за создание балета по такому сложному произведению, как долго шла подготовительная работа, как рождался замысел, отбиралась музыка, а также приоткрыл тайны сценографического решения спектакля, премьера которого намечена на 21 мая. Беседовала Наталия Курова.

— Эдвард, вы человек удивительной судьбы – мальчик из маленького румынского городка, никогда не слышавший о балете, становится известным танцовщиком, солистом, а затем художественным руководителем Балета Словении, одним из ведущих европейских хореографов. Как это случилось?

— Я родился в стране с аномальным режимом, где повсюду были запреты, повсюду осведомители, а то, что происходит в мире, мы узнавали только из сообщений радио "Свободная Европа". На меня очень сильно повлияла эта система, и я с детства мечтал уехать из этой страны. И балет мне помог. В балетную школу я поступил случайно. О балете ничего не знал, но меня привлекала возможность уехать в большой, по сравнению с моим город, Клуж-Напока, где находилась школа. Вначале было очень тяжело – жил в интернате, в школе была строжайшая дисциплина, да и то, чем мы занимались, казалось мне чем-то странным. Но со временем становилось все интереснее и интереснее, а потом я по-настоящему увлекся и уже мечтал стать знаменитым танцовщиком.

После окончания школы меня приняли в труппу Балета Словении в Мариборе. Было мне тогда 18 лет, и я еще не знал, что стану хореографом. Но так получилось, что достаточно скоро это понимание пришло. С момента первой же постановки.

— Эта первая работа была вашим собственным сочинением, что это была за постановка?

— Во-первых, это была постановка, которая родилась из театрального, а не из балетного мира. Тогда я сотрудничал с авангардным режиссером Томасом Пандуром, который ставил спектакль "Вавилон". Все это для меня было странным, но очень сильно привлекало. Я понял, что театр может предложить что-то гораздо большее, чем просто искусство балета. И я попытался исследовать это новое измерение – театральное.

А первое мое собственное сочинение – балет "Танго" — мне дался нелегко. Так как у меня не было никакого опыта в современной хореографии, мне пришлось искать ответы в самом себе, в своем теле. И путь этот — обретение своего хореографического языка, своего стиля — был очень долгим. Десятки лет прошли до того, как люди стали понимать, что в моих работах есть что-то особенное. Но что бы я ни ставил, театральный аспект всегда присутствовал в моей работе.

— Сейчас, когда ваши балеты ставятся на ведущих сценах мира, считаете ли вы, что уже достигли совершенства? Или каждая новая работа это продолжение пути постижения секретов искусства танца?

— Хотелось бы мне верить, что этот путь бесконечен и источник познаний и новых обретений неиссякаем. Хочется верить, что я путешественник на этом пути и что каждая новая станция это мой новый опыт. Конечно, уже что-то накопилось, а на каждой станции багаж прибавляется, но мне нравится путешествовать налегке. И я отправляюсь в путешествие с пустым чемоданом, который наполняю потом новым опытом. Хочется надеяться, что конца этому пути нет!

Что касается стиля, то я хотел бы говорить прежде всего об импульсах, которые исходят из моего тела. Они такие спонтанные, что ведут меня в самых разных направлениях. Сейчас уже, наверное, мы можем говорить о каком-то моем особом стиле. Он определяется не только движением, пластикой, но полным опытом, который получаешь во время создания спектакля как целого. А это и замысел, и музыка, и моя работа именно как режиссера — все важно. Моя цель – взаимодействие, общение с теми, кто смотрит спектакль, стимулирование их воображения. Мне хочется повести зрителя за собой в мой мир.

— Да, у вас очень разные по темам и направлениям балеты – сказки и такие сложные философские произведения, как "Пер Гюнт" и "Фауст". Но есть ли что-то объединяющее, какой-то единый стержень, пронизывающий все ваше творчество?

— Сложно ответить на этот вопрос. Это как спросить: ты понимаешь свою собственную работу? Я абсолютно весь отдаюсь и очень предан своему делу. Я всегда считал и считаю, что самое главное быть честным, когда что-то делаешь. И тогда это переходит к артистам, а от них – к зрителю. Это первое, а второе – этим стержнем является открытость.

— Какие приоритеты существуют для вас в музыке и литературе. И что в первую очередь вдохновляет вас на создание нового балета?

— Эти процессы идут рука об руку. Бывает, что музыка тянет за собой, а иногда, наоборот, сюжет подтягивает этот процесс. Я отдаю одинаковое количество своей энергии, когда работаю над концепцией, замыслом, либретто или занимаюсь в зале с артистами.

— Начинали вы с небольших абстрактных балетов, а сейчас все чаще ваши работы связаны с литературой.

— Раньше я не стремился работать с литературой – мне хотелось и было что самому сказать. Поэтому мои ранние балеты были абстрактными. Но сейчас ко мне стали обращаться балетные компании с предложением поставить полномасштабный балет. Тем не менее я сохраняю часть той работы, что делал раньше, и ставлю маленькие абстрактные балеты с разными труппами. Например, совсем недавно, в ноябре, состоялась такая премьера в Нидерландах, которая была очень успешной. В той работе я много занимался исследованием, искал новый хореографический язык. Но и там театральная часть обязательно присутствовала. Она нужна, потому что в ней всегда есть абсолютно четкая мысль – о чем это сочинение.

— Вы много ставите в разных странах, по счастью, и в России мы можем видеть ваши работы. Совсем недавно вы привозили и показывали в Петербурге и Москве балет "Сны спящей красавицы", отличающийся по сюжету от знаменитого шедевра Чайковского. Вы часто сочиняете свою историю на основе известного произведения?

— В этом конкретном случае я пришел на проект, когда замысел уже был создан. Это не мои мысли и не мой замысел. Американская команда пригласила меня как хореографа на этот проект с уже существующей концепцией, которая очень зависела от современной технологии. Я принял это предложение прежде всего из любопытства и, конечно, чтобы поработать с такой балериной, как Диана Вишнёва, исполнительницей заглавной роли. Это был бы совсем другой балет, если бы я сам работал над замыслом и концепцией. Лично я предпочитаю говорить о чем-то без участия технологий. Тем не менее для меня это был очень интересный новый опыт.

— Не так давно, в позапрошлом году, вы дебютировали в Большом театре с балетом "Петрушка". Но сейчас рискнули взяться за один из сложнейших романов Булгакова "Мастер и Маргарита", который подчас не поддается большим драматическим режиссерам. Вы считаете, что танец и музыка смогут лучше и точнее передать фантасмагорический мир булгаковского романа?

— Я прекрасно понимаю, насколько это серьезный вызов. И я бы никогда на него не замахнулся, если бы не верил, что это возможно. Во-первых, я считаю, что слово "фантасмагорический" больше относится именно к танцу, нежели к слову, оно как бы вызывает, требует танца. Я считаю, что танец способен создавать метафоры и привносить другие измерения. И нам надо найти не то, что написано, а то, что у Булгакова в романе существует между строк. Это не значит, что я хочу избежать рассказа, но хочу рассказать эту историю, используя другой инструментарий.

Да, наверное, это самое сложное — ставить в России, в Большом театре "Мастера и Маргариту", роман, который здесь у всех в крови. Но в то же время и легко, потому что именно здесь я ничего не должен объяснять и рассказывать о романе, а могу предложить что-то новое. Мне хочется верить, что мои надежды и ожидания оправдаются.

— Когда я узнала, что вы будете ставить "Мастера и Маргариту", то сразу подумала о Шнитке. А для вас выбор музыки, композитора был сложен или решение было мгновенным и единственным?

— Пять лет назад у меня возникла идея поставить балет "Мастер и Маргарита". Процесс подготовки был долгим и неторопливым. И начал я как раз с композитора Милко Лазара. Но дело закончилось тем, что я стал ставить с ним "Фауста". А после премьеры "Фауста" в Цюрихе объявил композитору, что решил ставить балет "Мастер и Маргарита" на уже существующую музыку.

Два года назад я начал изучать русских композиторов, которые жили в то советское время и у них был опыт борьбы с этой системой, как и у Булгакова. Так были определены Шостакович и Шнитке. Я изучил практически все собрание сочинений этих двух авторов. Происходили порой невероятные вещи. Например, слушая Восьмой струнный квартет Шостаковича, у меня сразу же возникала знаменитая квартира №50 и сцена пробуждения Степана. А когда я услышал самые первые ноты концерта Шнитке для фортепиано и струнных, то сразу же просто увидел, как Мастер открывает окно и попадает в палату к Бездомному. Был момент, который меня просто сразил — абсолютная схожесть музыки фортепианного концерта №2 Шостаковича, которая представила как наяву встречу Воланда и Маргариты. Были совершенно неожиданные совпадения…

Но было и по-другому, когда я отталкивался от сцены в спектакле и долго и скрупулезно подбирал под нее музыку. Это был интересный и приятный процесс. Теперь он дает нам ту свободу в зале, которая так необходима.

— Эдвард, вы пришли на репетиции с уже готовым планом — замыслом, концепцией, музыкой, то есть полностью завершенным в уме проектом. Но по ходу репетиций могут возникнуть какие-то новые повороты, импровизации…

— Я пришел, когда у меня уже все готово, кроме хореографии. Я пришел с готовым балетом без балета, понимаете. И тут как раз и начинается мой самый любимый момент творческого процесса — когда я потею вместе с танцовщиками во время создания того или иного движения, трюка. Это рождается прямо там, в зале. Мне нужен танцовщик, мне необходимо его почувствовать. Это и есть настоящее – тот самый процесс, когда ты создаешь что-то на него, на этого артиста.

— Сохранятся ли главные герои романа Булгакова?

— Да, конечно, – Маргарита, Мастер, Воланд, кот Бегемот, Азазелло…

— Вы уже наметили, кто будет создавать образы главных героев? Кого из труппы Большого театра вы выбрали на роль Маргариты?

— У нас репетируют две исполнительницы — Катя Крысанова и Ольга Смирнова. Над образом Мастера работают Денис Савин и Артем Овчаренко. А Воланда репетирует – для вас это будет неожиданностью – Влад Лантратов. Мы уже начали, и я хочу сказать, постучав по дереву, что за две с половиной недели работы мы очень глубоко в процессе. Тем, что мы уже сделали, я очень доволен. Я приехал сюда в январе для того, чтобы начать работу именно с этими главными героями. И постоянно повторяю ребятам, что начинаю верить им и хочу, чтобы и у зрителя создалось то же самое впечатление.

— Интересно, а в спектакле будет, например, полет Маргариты, бал Воланда и другие невероятные деяния булгаковских героев? Если да, то, какие вы изобрели способы, чтобы показать все это на сцене?

— И бал будет, и полет. Но вы же не поверите, если мы просто подвесим наверху Маргариту. Конечно, нет, поэтому надо для этого найти какие-то особые режиссерские приемы. Это еще предстоит. Мы только начинаем.

— С вами над постановкой работают ваши постоянные соавторы, с которыми вы создавали здесь "Петрушку" — за сценографию отвечает Марко Япель, а за костюмы — Лео Кулаш?

— Да, мы сочиняем визуальный ряд вместе с ними. И я хочу поделиться с вами, где будет происходить действие. После долгих, долгих размышлений я пришел к выводу, что должно быть единое место действия, которое можно будет трансформировать во все другие. Это будет заброшенный бассейн. Представьте, большая кровать посреди этого бассейна, облицованного плиткой бледно-зеленого цвета, – и вот уже перед вами больница…

У нас будет 12 дверей – это вход и выход в другой мир. Это нам позволит быстро менять ситуации.

И знаете, казалось бы, балет "Петрушка" должен был быть легче. Но по какой-то причине эта работа мне ближе, чем "Петрушка", почему-то у меня есть ощущение, что здесь все пойдет более гладко и лучше. Почему-то у меня есть такое чувство.

— Вам помогает сейчас в работе то, что вы уже ставили на этой сцене? Вы уже освоились в Большом театре?

— Это так ценно, что у меня был уже опыт с "Петрушкой" в Большом театре, потому что за это время я не только познакомился с артистами балета, но и узнал, как здесь работает весь механизм театра. И это мне очень помогает сейчас. Я чувствую себя здесь как дома, а это очень важно. И у меня большая ответственность за ту поддержку, которую я получаю. Моя единственная миссия – работать и получать от этого удовольствие.

Большой, несомненно, один из лучших, если не самый лучший театр в мире. И для меня работа здесь – такая мечта, о которой не смел и думать. Почему-то мне вообще в этой части мира — в России, в Питере, в Москве, даже в Новосибирске — все очень близко, это часть меня, я здесь как дома.


Вернуться в раздел Новости Москвы
||PQUr4uRy5r7